Духовный дневник архм. Тихона (Баляева) (часть 3)

Покровский вестник, № 7-8 (109), июль-август 2019 г.

«Древняя Пасха совершалась во избавление от рабства Египетского, и кровь агнца проливалась за сохранение первенцев. А новая Пасха – во оставление грехов и сохранение помыслов, назначенных и посвященных Богу…»

ПРИСНОПАМЯТНОГО АРХИМАНДРИТА ТИХОНА (БАЛЯЕВА)
ЧАСТЬ 3

Окончание. Начало в ПВ № 3-4(2019)

«Каждому надо прислушиваться к внутреннему голосу души, что она ищет. Вот всякое смущение мирское или волнение или беседа отнимают у тебя мир и вместе с тем лишаешься молитвы, открывается как бы застарелый нарыв, и гной течет из раны сердца»…
                                                                                          Преподобный Нил Сорский

Среда Фоминой недели, девяти мучеников Кизических и преподобного Мемнона
При всякой сердечной скорби и туге надо плакать пред милосердым Господом, и скорбь пройдет. Это сколько, сколько раз ты испытывал, и как сему не верить, когда этим живет и дышит душа. Преподобный Исаак Сирин пишет, что во всякой скорби наилучшее утешение – это слово веры, изрекаемое в сердце.
(См. о сем у святителя Тихона наставление о науке сердечной молитвы в конце книги
«Сокровище духовное»).
От сухости и бесплодия так томится душа – время как бы останавливается, вся душа вянет и поникает долу. Но после плача вновь является бодрость, и сила, и легкость в душе и незаметно идет время в уединении. Так истинно говорят святые отцы, что без
молитвы нельзя снести уединения, как без уединения нельзя приобрести навык к молитве. Вот почему избирали ревнители благочестия жить в пустыне или в затворе:
там душа, не имея иной опоры в жизни, как бы сама собой вся устремляется к Богу
истинной жизни и радости и спасения. Тут сама стихия религиозной жизни, вся природная сила души устремляется к Творцу, от Которого она и сотворена для блаженного общения с Ним. И не надо страшиться, когда долго томит эта сухость и нечувствие души, – от сего накопляется скорбь, а от скорби молитва сильнее. По сравнению святого Златоуста, вода, стесненная внизу, устремляется вверх сильною струею. Великое это благо. Все прочее надо с радостью оставить, дабы стяжать сию жемчужину в глубине покаянного плача и слез уединенных. Святой Тихон уверяет, что если оставим мир, то увидим верою небесные чертоги и устремимся туда желанием сердца. Истину тебе говорю, – пишет он («Сокровище духовное»), и вот слова святого Иоанна Златоуста, коему святой Тихон подражал во всем: «Добродетель состоит в том, чтобы презирать все людское, ежечасно помышлять о будущем, не прилепляться ни к чему настоящему – но знать, что все человеческое есть тень и сон, и хуже даже этого. Добродетель состоит в том, чтобы по отношению к вещам этой жизни быть как бы мертвым даже и по отношению к вредному для спасения души быть бездейственным, как мертвый, но жить и действовать только для духовного, как и Павел сказал: живу же не к тому аз, но живет во мне Христос (Гал. 2, 20). …Обуздаем все плотские страсти, чтобы после законных подвигов в короткой и скоротечной сей жизни удостоиться нам великих венцов и в тот грядущий день, страшный для грешников и вожделенный для облекшихся добродетелью, получить неизреченные те блага по благодати Господа нашего Иисуса Христа, Которому со Отцем и Святым Духом слава, держава, честь ныне и присно и во веки веков. Аминь».
Четверг Фоминой недели, святого апостола Иакова Зеведеева
Не даждь в печаль сердца твоего (Сир. 38, 20), – сказано в Слове Божием. Излишняя впечатлительность – большой недостаток и недуг души, как объяснено у преподобного Кассиана – нельзя быть слабым воском печати, все на себя приемлющим. И епископ Феофан пишет, что надо и скорбь, и радость не принимать сразу, а держать их на расстоянии от себя. Всяцем хранением блюди свое сердце: от сих бо исходища живота (Притч. 4, 23). С утра особенно толкутся разные впечатления и берут в плен душу. И святой Иоанн Златоуст говорит: «Как ладья тонет, когда море вздымается и волны восстают со всех сторон, так и душа, когда отовсюду обнимает ее печаль, скоро гибнет, если никто не подаст ей помощи; и спасительная печаль о грехах от неумеренности становится гибельною». Меня огорчила печаль сильная по поводу вестей о братии Глинской пустыни, как они бедствуют там, и еще по поводу недоверия ко мне друзей близких и их неверности в самом близком, задушевном мне интересе. От сей печали
омраченная душа не способна с умилением молиться, ее плач горький надолго держит
душу в оковах усиленной печали, как в темнице. И бьется, блуждает душа, и стенает, и выйти на свет отрады не может, пока не воззрит с умилением к Господу, Распятому на Кресте, и не припадет с упованием и желанием сердечным пред Его пречистыми стопами, воспоминая, как всегда Он быстро утешал скорбящую и прибегающую к Нему душу, в Нем Едином полагающую свое прибежище, помощь и утешение <…>

Св. Марк Подвижник призывает христианскую душу стараться соблюсти три условия: хранить помыслы, терпеть все находящее и непрестанно призывать помощь Божью.


Понедельник третьей седмицы по Пасхе, Мироносиц, мученицы Пелагии Давно не было так тяжко на сердце, как в прошедшие два дня, особенно в воскресенье. С полной уверенностью говорил себе, что никогда не переживал такой сильной скорби, от коей не
только душа, но и тело изнемогало и, как у умирающего, холодело и бледнело. Допустил в сердце омрачающий безнадежный плач и тем омрачил себя, лишил молитвы и умиления и света, и недостойно причастился вчера, с унынием и печалью. И плакал те два дня много, вместо праздника радости, к чему призывала Святая Церковь, и не почтил день престольного праздника Бориса и Глеба и святителя Мелентия и день воскресный, а сетовал и плакал, как осужденник. С таким замиранием сердца и стеснением призывал Господа, так больно было лишиться света Его, и чувствовал удаление, отреяние от Него и Его неблаговоление. Припадал с воплем, но видно очень горестный вопль не доходит.
Мало упования и веры. Вчера прочитал, что такая молитва прогневляет Бога. Вечером вчера было очень трудно и грустно, также и ночью. Но в таких случаях надо переходить на молитву Иисусову. Имя Иисуса Христа производит умиротворяющее действие. Но никак не верилось, что это состояние пройдет, хотя сам уверял себя, что сие необходимо переживать. И вот польза такого искушения, по слову преподобного Исаака Сирина: эти искушения означают, что человек преуспевает. Вот заметь, что душа сосредоточивается в себе от этой мучительной скорби, и спасительная, как якорь, явилась мысль, что там, где чувствуется боль, стесняющая сердце, там должно держать внимание ума с Иисусовой молитвой, ибо это <место> в средней верхней части груди и есть чувствилище духа сердца, средоточие жизни и преддверие сердечных входов. И когда это помнил, то Иисусова молитва приносила некоторое успокоение в этой крайней скорби, от которой не знал куда деваться, даже иногда повторял: тоска, тоска (чего ранее не было). И вот явилось усердие читать в себе молитву Иисусову, ныне около тысячи произнес, и внимание более держится внутри. Сегодня читал об Иисусовой молитве: самое важное, чтобы ум был слеп, глух и нем ко всему и всегда внимал Иисусу Сладчайшему, тогда иметь будешь залог успеха в свое время. Еще заметь, как в руках Промысла Божия наша участь. Господь не оставляет долго душу томиться в такой крайней скорби, иначе потеряли бы надежду и <?> светлых чувств, но с умилением припадание ко Господу снимает всякую тяготу. Сегодня в конце дня вспомнил, какое благо я имел, когда было умиление, от сего стал с усилием припадать ко Господу, здесь молитва самого сердца без слов, одним чувством болезненной нужды и нищеты своей. Вспомнил и то, что не долго, может быть, осталось жить и при смерти силен Господь спасти и подать свет молитвы и умиления. Только при этих искушениях поймешь, чего лишаешься, лишаясь живого общения с Господом. Сладчайший Иисусе, Небесная Жемчужина, какое благо я утрачиваю, когда лишаюсь и удаляюсь от Тебя. Как надо со страхом свое спасение совершать, не допуская внутренней измены сердца Господу, и Он управит жизнь мою Сам. Всю печаль вашу возвергше нань, яко Той печется о вас (1 Пет. 5, 7). От чего бывает столь сильно искушение и оставление от Господа? Вот опечалился известием о Глинской пустыни, потом беседовал с умирающей, потом огорчения от М., все это стесняло дух и по впечатлительности твоей угнетало. Потом скорбь, что ты сидишь дома, когда такое торжество в соборе, сотни священников и много верующих, а ты один. Какая-то особая сильная печаль тяготила душу о сем в субботу. Потом, главное: лишенная умиления душа не выдерживает напряжения скорби и изнемогает. А виновность твоя, что <…> от высокоумия критиковал учения западных и резко высказывался о ближних, что есть ревность душевная – смятеся яростию око мое (Пс. 30, 10). Так все одно к одному. Как узоры плетет враг из ложных мыслей и играет страстями нашими и воображением, чтобы запугать. Господи, помоги и сохрани нас от козней вражиих. Аминь.
Вторник недели святых Жен-мироносиц, святой мученицы Ирины
Никак не должно верить тем мыслям, кои влекут в отчаяние во время омрачения души и пресечения молитвы и плача – будто уже отверг Господь и никогда не будешь молитву  иметь. Вскую прискорбна еси, душе моя, – говорит пророк Давид, – ибо я исповемся Ему, спасению лица моего и Богу моему (Пс. 41, 6-7), и он это переживал: где есть Бог твой (41, 11), отвержен есмь от лица очию Твоею (30, 23) и прочее. Первый признак мысли от врага, что <она> влечет в отчаяние, но верь от души, что это временно, как и испытывал многое множество раз, и что это обычно в то время, <когда> не верит душа, что минует такое тягостное состояние. Ведь на то и бьют, чтобы было больно, как же иначе придет душа в опытное познание своей немощи, полной беспомощности без Бога? А избавляет от сего Господь, привлекая душу в любовь к Себе. Ибо удаляясь от души, Он тем сильно возбуждает в ней желание приблизиться ко Господу и никогда не удаляться от Него –взыскать теплейшей любви к Нему, как говорит Святогорец в статье о сухости души. Когда смирится душа от сего бедствия и скорби, то сильней вопль из сердца устремляется к Господу, из глубины ее существа, и это есть залог сердечной истинной молитвы – заря отверзения сердечного. Посему и благодарить надо Господа в этих искушениях, а не малодушествовать, не отчаиваться, как делаешь ты, чуть не отрекаясь от жизни самой и впадая в отчаяние от временной малой скорби, и день не можешь перенести, единого часа не можешь победствовать ради Господа и спасения души своей. С каким сильным желанием и скорбью припадает ко Господу душа, боясь лишиться Его помощи и милости, а после тихо, и отрадно, и мирно, и благонадежно бывает на душе, и ничего не желаешь в жизни, как только иметь сие благо и хоть в землю скрыться, по слову преподобного Серафима Саровского (с опыта – он и зарывался в землю, см. о Печерском монастыре и др.). Но еще эти крайне скорбные часы показывают, что надо душе твоей. Преподобный Нил Сорский пишет, что каждому надо прислушиваться к внутреннему голосу души, что она ищет. Вот всякое смущение мирское, или волнение, или беседа отнимают у тебя мир и вместе с тем лишаешься молитвы, открывается как бы застарелый нарыв, и гной течет из раны сердца. Это души болезнь.
Как пишет митрополит Филарет Московский: неспособность молиться есть знак душевной болезни, так же как и скитание ума (см. сборник об Иисусовой молитве). А признак  начинающегося здравия души – это мир ее, как пишет преподобный Исаак Сирин. Смотри за собой – начинает ли нарастать живая плоть на язвах твоей души, то есть мир ее. Потому и стремились в безмолвие пустыни подвижники молитвы. Нельзя допускать себе то, что тебя расстраивает, пишет епископ Феофан Затворник. Пример Арсения Великого, Пимена и прочих, пример всех затворников показывает, что трудно сохранить иначе безмолвие, мир и молитву. «Не могу быть вместе с людьми и с Богом», – говорил преподобный Арсений Великий. «Если немощен ты, – пишет преподобный Исаак Сирин, – то лучше в уединении силы себе очищать для Бога и учить добрым примером своей жизни». И преподобный Марк Подвижник пишет, что больше пользы принесут молитвы и строгость жития своего.
Среда третьей недели по Пасхе, праведного Иова
Весьма важное сведение о молитве Иисусовой находится в тех выборках Глинской пустыни, <где дано> объяснение, с кем и отчего бывает прелесть при занятии Иисусовой молитвой. Отчего потемняется сознание и бывает помешательство? Оттого, что человек не оставляет греха и увлекается сладострастием, от смущения совести; от столкновения и борьбы света и тьмы не выдерживает его душа, и ум мутится. Врачи говорят, что душевная болезнь есть не что иное, как больная совесть – отчего и мания самоубийства, и мания преследования, и страх, и мнительность, и прочее действо вражие, и галлюцинации <нрзб.>, и сны наяву, и ложь в мыслях, в словах и в жизни, и полное поглощение ложью, оковы лжи, царство лжи. Помни, что невозможно преуспеть ни в чем добром без помощи благого Бога, особенно в молитве. Когда усиливаешься на покаянный плач, то сбиваешься в безнадежность и деланный плач, а когда живее вспоминаешь милосердие Божие и свою немощь, то углубляется плач и приносит укрепление сердца и уму мирное состояние. Только и тогда не обнадеживайся, в часы мира жди вновь нападения. Одной рукой работай, а другой меч держи; и костры жгли по ночам израильтяне, когда строили городскую стену и храм, восстанавливая из развалин святой город отцов своих по возвращении из плена. Это образ нам на исправление. В минуты тягости душевной вспоминай милости Божии, как Господь утешал в минувшие святые дни Пасхи и призывал унывающую душу этими вдохновляющими словами: «Христос воскресе!» И плачь о том, что так немощен ты, так подвержен всем козням вражиим, как тростинка, колеблемая ветром и клонящаяся до земли. Потому сама голова клонится до земли от подавленного сознания грехов и немощи. А святые как были бодры, близость Господа их еще более поощряла на подвиг, а ты, имея утешение, пребываешь в лености и спишь сном непробудным. Повод от милости Божией имеешь не для труда, а для успокоения себя. О сем плачь и сокрушайся. Плачь о том, что так милостив и долготерпелив Господь к тебе. Я еще не в аду, не осужден на вечные муки и вечную смерть в удалении от света лица Божия, оставлена еще и мне надежда покаянием примириться с Господом и войти в жизнь вечную. С утра был сильный плач и вопль из сердца к Господу, и утешена была душа глубоким миром и тишиной, а в полдень нападение духа полуденного, без причины стал унывать мой дух, видя такое бесплодие в молитве. Целый день читаю святые молитвы, а душа нечувственна пребывает. Когда от сего восскорбишь всем сердцем и восплачешь пред Господом, то вновь мир приходит и душа смягчается, и делаются достижимыми для нее благие впечатления от святых мыслей и книг. (Подобное пишет отец Иоанн Кронштадтский в своем дневнике). Близ Господь сокрушенных сердцем (Пс. 33, 19). Восскорби – и Он с тобою, возжелай от всей души милостивого благоволения Его – и Он близ уже, ибо зрит на сердце, а не на уста и голосу внемлет, который внутри  произносится.
Как важно иметь сборник о молитве! Если озабочен приобретением ее в себе, то пиши самое необходимое. Полезно и самому составлять такой сборник, где помещены самые сильные статьи и проповеди, касающиеся воспитания в себе молитвы. Видел во сне великую скалу на темном синем фоне неба, освещенную луной и покрытую местами мхом, а направо вход с высокими вратами узкими в средину горы, а там в каком-то особенно привлекательном освещении виднеется огромный простор, как пустыня, как величественный храм, и приятно было смотреть. Еще видел коллекцию каких-то святых изображений, и дивиться следует, из какого источника творится сие. Отец Иоанн Кронштадтский пишет, что в сем есть от-свет творческой способности души человека, созданного по образу Творца своего. Главный труд в Иисусовой молитве – борьба с помыслами и со страстями уныния, скуки, сомнения, нетерпения, лености, забвения, малодушия, окамененного нечувствия. Потому в оптинском правиле положено после каждой сотой <молитвы Иисусовой> прочитывать молитву к Божией Матери: «Пресвятая Владычице моя Богородице, святыми Твоими и всесильными мольбами» и прочее. Главная нужда в освобождении от помыслов и страстей, и нерадения, и малодушия, и окамененного нечувствия и прочее.
Но уже в том есть плод молитвенного труда, что душа при таком явном и очевидном доказательстве своего растления и немощи смиряется, приходя в сильное стеснение сердца и скорби, и от сего восстает плач и вопль ко Господу. Так пишет и епископ Игнатий, что от внимательной молитвы стесняется скорбь и болезнь сердца, и от сего восходит молитва.
                                                                              Богу нашему слава во веки веков. Аминь.

Заботы — это нечто страшное для духовной жизни. Они — великий яд, убивающий человека. Не только духовную жизнь, но и мирскую, да и человеческие отношения. Видите рушащиеся семьи? А почему?
«Мне некогда!» Отец погружен в мысли о тысяче вещей. Мать также погружена в мысли о тысяче других вещей. Как этим людям общаться между собой? Ведь всё время слышишь: «Сейчас не могу! У меня работа!» 
Идёт ребёнок поговорить с мамой:
— Мама, я хочу тебе кое-что сказать!
— Отстань! У меня сейчас работа!
— А когда же у тебя не будет работы?
И человек задаётся вопросом: «Когда же у тебя не будет работы?»
Заботы, заботы, заботы — они убивают человека. А в итоге ты остаёшься ни с чем… Духовный человек должен знать меру. Определи себе меру. Скажи: хватит! Довольно на этот день! Не продолжай дальше, остановись, брось! Пришёл домой — выключи телефоны, отложи другие заботы, ты сейчас дома, посвяти своё время семейству, самому себе и Богу.
                                                                     Митрополит Лимассольский Афанасий (Николау)