Архив рубрики: Статьи

АРХИМАНДРИТ НАРКИСС КВИТКА: слобожанин, просветитель, аскет

«Покровский Вестник», № 11-12(99), ноябрь-декабрь 2017 г.

Многое множество подвижников взрастила наша Слобожанская земля. Их имена, как звезды, ярко сияют среди сонма святых. Но о личности архимандрита Наркисса квитки мало кому известно, а ведь это любимый племянник святителя Иоасафа Белгородского, послушник нашего Свято-Покровского монастыря, настоятель Куряжского Спасо-Преображенского монастыря и… родной дядя по отцу известного украинского писателя Григория Квитки-Основьяненко. На протяжении десяти лет издательство «Покровский вестник» по крупицам собирало любую информацию, связанную с этой яркой выдающейся личностью. И сегодня мы делимся ей с вами, дорогие наши читатели.

Самое полное повествование о Наркиссе Квитке содержится в издании 1904 года «Куряжская обитель и ее Георгие-Петро-Павловский храм (1673-1903 гг.) епископа Стефана. С него и начнем.
***

…Георгиевско-Петро-Павловскому храму со времени его построения не было уделяемо внимания настоятелей: через 70 лет описан-ного времени он пришел потому в крайнее обветшание. На него обратил внимание следующий архимандрит Наркисс Квитка или, как сам он подписывался, Кветка, постриженец Куряжского монастыря. 1-го марта 1751 года, на 20 году жизни, от архимандрита Варлаама Тыщенского по благословению дяди своего Иоасафа Горленко, епископа Белгородского, он был пострижен в монашество, а через 20 лет, 14 сентября 1770 года, был назначен настоятелем давшей ему иноческий образ обители. Кроме Онуфрия и Варлаама Андреев-ского, он более всех настоятелей потрудился над благоустроением обители и украшением ее храмов. Образованный (ранее был учителем Коллегиума и преподавателем поэзии в Пскове и экзаменатором), весьма красноречивый (там же был соборным проповедником (был даже вызываем для проповеди в придворную императрицы Елисаветы церковь)), с изящными манерами, развитыми как домашним дворянским воспитанием, так и заграничною службою (был капелланом в Испании при русском посольстве и духовником при походной церкви для посольства, отправленного в Германию на мирный конгресс 1761-1762 гг.)…

Читать далее… →

В саду божественних пiсень

«Покровский вестник», № 4(71), апрель 2014 г.

18 квітня 2014 року владиці Никодиму (Руснаку) виповнилося б 93 роки. Пам’яті незабутнього архіпастиря присвячується…

Благоговейно говорю
О том, кто сердцем близок свету.
И посвящаю песнь свою
Митрополиту и Поэту…
С. Дмитриев, «Божья искра»

Одного разу відомий естрадний співак Василь Зінкевич, виконавець всенародно улюбленої пісні «Червона рута», сказав про наші пісні: «Я поїздив по світах, бачив, яке враження залишають виступи славетних артистів різних країн на публіку. Так, їхні пісні зачаровують, дуже подобаються людям, захоплюють, вражають. Але українська пісня зупиняє». Здається, краще й не сказати про українську пісню.
Знайдено найхарактерніше, найвлучніше слово – зупиняє. Чимало в нашій пісенній скарбниці музично-поетичних перлин: «Щедрик», «Ой радуйся, земле!», «Дивлюсь я на небо…», «Чуєш, брате мій…», «Пісня про рушник», «Два кольори», «Київський вальс», «Черемшина», «Ясени» та багато інших, почувши які залишаєш усілякі справи, зупиняєшся і слухаєш, слухаєш, слухаєш, намагаючись не пропустити жодного звука і слова. Нечасто з’явиться нова пісня подібної величини. А буває й так, що раптом відкриваєш для себе цілий пласт невідомих, нечуваних, дивовижних пісень, які тихенько, скромно і ненав’язливо лежать записані на дисках на бібліотечних чи магазинних полицях і чекають на слухача. Саме так прийшли до мене пісні на вірші нашого Митрополита Владики Никодима з диску «Пам’ять серця», взятого мною в бібліотеці духовної літератури Свято-Благовіщенського собору. Зупинила мене перша пісня цього диску «Коли тобі гірко…». Кілька разів прослуховувала я пісню, яка так сподобалася, знову і знову хотіла почути гарну мелодію композитора М. Стецюна, щире виконання, її теплі, проникливі слова, що линули від серця автора, зворушу-вали найпотаємніші куточки моєї душі, щемливо торкаючись струн пам’яті дитинства, батьківського піклування, важких життєвих випробувань. Так хотілося послухати пісню зі своїми батьками, з родичами, поділитися враженнями, разом заплакати. Але батьків вже немає, рідні далеко, слухали з чоловіком. І подумала, що пісню Владики я все-таки донесу до своїх батьків, переписавши на диктофон і давши пролунати їй на кладовищі біля їхніх могилок. І це будуть найвдячніші слухачі, бо їх душі живуть і спостерігають за нами з висоти небес, куди і вознесеться свята пісня, даруючи наостанку життєстверджуюче прощання: «Що б там не було, я надіюсь на Бога і вірю, що він допоможе мені…» Низький уклін Вам і палка подяка, дорогий Владико Никодиме, за Вашу творчість не лише на богословській, а й на літературній ниві. Багато віршів з Вашого художнього доробку добре було б включити до шкільної програми. Така духовна поезія, яка представлена не лише піснями на дисках, а й розкішним друкованим шеститомним виданням, тільки б збагатила та вирівняла моральний стан підростаючого покоління, покликала б на добро затьмарені душі, бо в кожному рядку поезій відчувається безмежна любов до Творця, до людей і до Канонічної Православної Церкви. Трохи згодом, пізніше, мені пощастило ознайомитися з іншим музичним альбомом пісень на вірші Владики Никодима «Час. Події. Долі». І знову слухала, затамувавши подих, відмічаючи в захопленні красу пісні, талант її авторів, високопрофесійне виконання, загальну майстерність наших незрівнянних харківських митців у створенні кожного альбому, відчуття любовного та шанобливого ставлення всіх причетних до великої праці з оформлення і випуску креативного електронного видання. Особливою красою та мелодійністю виділяється пісня М. Стецюна «Божьи пастыри», присвячена священнослужителям, які загинули в роки репресій, у виконанні Камерного хору Харківської обласної філармонії під керівництвом В. Палкіна. Пісня «Божьи пастыри» постає як пісня-молитва і пісня-реквієм, пісня-подяка і пісня-плач. А потім ще довго-довго звучить в тобі і наповнює святим благословенням. Варто згадати виразні слова самого Владики Никодима з його передмови до книги ієродіакона Софронія (Макрицького) «Священномученик архиепископ Курский и Обоянский Онуфрий (Гага-люк) 1889–1938» про страдницький подвиг святителів: «Новомученики Слободского края остались непоколебимы в вере, своею исповеднической кровью засвидетельствовали они преданность Православию. Никакие трудности жизни, расколы, унижения, клевета и политические обвинения, узнические испытания, умерщвления не могли отлучить их от любви Божией (Рим. 8, 35), посеять в них мрак неверия и вражды против Творца, превратить их совесть в поле страстей и беззаконня»: Божьи пастыри наши лучшие, Вы не дрогнули, умирая. Вы несли свой крест, новомученики Слободского края. Всі пісні двох прослуханих альбомів гарні, одна краща за іншу, тому хочеться назвати ще кілька напрочуд гарних творів, які надзвичайно сподобалися і запам’яталися.
Це: «Гори, гори, моя лампадка» (муз. Ю. Овчаренка, вик. А. Тимошенко), «Спогади» (муз. Ю. Овчаренка, вик. О. Літенко), «Прерванный полет» (муз. Г. Пугачова, вик. Н. Пугачова), «Владика Онуфрій» (муз. Г. Пугачова, вик. Г. Пугачов), «Заповіт» (муз. М. Стецюна, вик. І. Сахно). Неймовірно, як актуально і пророче звучать нині заключні слова завершальної пісні нашого Митрополита Владики Никодима: Запам’ятайте заповіт: Єднайтесь всі в одну родину! Допоки Захід є і Схід – Допоки буде Україна.

Березень, 2014
Раба Божа Татіана

Литераторы не умирают…

Покровский вестник, № 7-8(90), июль-август 2016 г.

ПАМЯТИ СОФЬИ ШОЛОМОВОЙ ПОСВЯЩАЕТСЯ

Литераторы не умирают, их рукописи не горят, а память о них живет не только в их произведениях, но и душах тех людей, с которыми так или иначе судьба писателя связывала. В этом можно было убедиться, посетив вечер памяти Софьи Богдановны Шоломовой, который прошел в читательско-экспозиционном зале имени академика Д. И. Багалея научно-исследовательского отдела документоведения, редких изданий и рукописей Харьковской государственной библиотеки имени В. Г. Короленко. У Софьи Богдановны был юбилей – ей исполнилось бы 75 лет, и в этот день, 15 июня 2015 года, на ее бывшем рабочем месте собрались очень близкие ей люди. Те, кто, несмотря на прошедшие пять лет после кончины, помнили ее так, как будто она до сих пор находится рядом – друзья, коллеги и просто читатели, которым она сумела также стать очень близким человеком. Прошел год, а я до сих пор вспоминаю этот вечер, перечитываю ее книги и вновь и вновь осознаю то, что память о человеке может быть такой действенной и живой. «С самого детства она проявляла стойкость и цельность своего характера – вспоминает ее супруг, Виктор Александрович Шоломов. – Однажды мы с братом дурачились и чем-то ее обидели. Она устроила суд и сказала, что с таким аморальным типом как я дружить не будет». Этот эпизод все же не помешал зарождению теплых чувств, которые впоследствии были закреплены прочными узами брака. Стойкость и основательность была проявлена Софьей Шоломовой и в стремлении, подражая отцу, поступить на химический факультет Харьковского государственного университета, куда она попала только лишь со второй попытки. Закончив университет она преподавала химию в мединституте. Студенты впоследствии благодарили ее не только за глубокие познания в этой сложной науке, но и за то, что она учила их самостоятельно и творчески мыслить. Ведь уже тогда, в самом начале своего пути Софья Богдановна сформировала свое жизненное кредо – ко всему подходить творчески. Этот девиз и привел ее к литературе.

Читать далее… →

ДУХОВНЫЙ ОПЫТ ХАРЬКОВСКОГО ПРАВОСЛАВНОГО БРАТСТВА ОЗЕРЯНСКОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ

«Покровский вестник», № 11-12(92), ноябрь-декабрь 2016 г.

Александра Драчева,
преподаватель ХНУ им. В. Н. Каразина,
кандидат наук по социальным коммуникациям

Православные братства на Руси имеют долгую историю. Братчины упоминаются еще в Ипатьевской летописи, датируемой 1159 годом, хотя, в сущности, тогда под этим разумели в основном общие трапезы. В 16-17 веках в Украине объединения людей в братства были вызваны тем, что отстаивать основы православного вероучения стало острой необходимостью, так как в западных областях активно внедрялись протестантские идеи, и впоследствии, уния. Во главе такого просветительного движения встали многие образованные русские вельможи, среди которых были князья Курбский и Острожский. Во время святительства киевского митрополита Петра Могилы братства западной Руси достигли высшего расцвета. Однако в середине 19 века братства подпадают под правительственный запрет. В 1837 году в наказе чинам и служителям земской полиции значится, что «земская полиция обязана прекращать все тайные, равно и всякого рода законом воспрещенные сборища, сообщества или братства, масонские ложи» и т.п. То есть братства рассматриваются как опасные, наряду с масонскими ложами и другими тайными собраниями. Впоследствии мнение о братствах как особом роде общественного движения в правительстве все-таки было пересмотрено. Предпосылкой создания православных братств на территории Харьковской губернии послужило издание в 1864 году министром внутренних дел и оберпрокурором Священного Синода «Основных правил для основания православных церковных братств». В этом документе братством назывался «союз, который состоит из православных верующих для служения на пользу Православной церкви, противодействию посягательствам на ее права со стороны иноверцев и раскольников, для устроения и украсительства Православных храмов, для дел христианской благотворительности, для распространения и закрепления духовного просвещения». Этот документ был принят к сведению и выполнению Харьковской Духовной консисторией 19 августа 1864 года. В харьковской периодике 1880-х годов есть свидетельства о том, что желание создать православное братство епархиального значения было еще у преосвященного Амвросия (Ключарева), но состояние здоровья не позволило ему осуществить задуманное.

Читать далее… →

Святители из рода Максимовичей

«Покровский вестник», № 9-10(91), сентябрь-октябрь 2016 г.

В этом году почитатели святителя Иоанна Шанхайского дважды праздновали юбилейные даты. 17 июня исполнилось 120 лет со дня его рождения, а 2 июля весь мир отмечал 60 лет со дня его блаженной кончины. Отец Герман Подмошенский, который был духовным чадом святителя и первым составителем его жития, писал, что именно из Харькова святитель Иоанн «привез в изгнание частицу Святой Руси». Видимо, здесь, во время учебы в Императорском университете, произошло духовное становление этого подвижника Церкви, который своим благоволением не оставляет наш город без своего попечения.

В фонде редких изданий библиотеки Харьковского университета есть ценный экспонат – «Сборник сведений о роде Максимовичей». Эта книга вышла в 1987 году в Риге маленьким тира-жом всего в 30 экземпляров, и, как указывает автор, уготовлена «исключительно для членов своей семьи, родных, друзей и добрых знакомых, не предназначая такового для продажи». Ценность харьковского экземпляра этой книги заключается в дарственной надписи автора, И. (Иннокентия) Максимовича: «Дорогой, славный мой племянник Боря. Пусть сей сборник тебе всегда напоминает
отца… моего горячо любимого брата».
В книге тщательно собрана информация о каждом представителе этого рода и составлено его генеалогическое древо. Племянник Боря, указанный в авторской надписи, – это отец святите-ля Иоанна Шанхайского, а
повествование этого сборника заканчивается такими словами: «Последним представителем ІХ колена линии шестого сына Максима Васильковского, Михаила – пока является сын Бориса Ивановича, тоже Михаил».
Как нам известно, чадо, которому опытом всего рода и Божьим промыслом суждено было стать величайшим
светильником православия в мире, появилось на свет всего на год раньше выхода этой книги, в 1896 году.
«Каждому цену воздаст потомство», – пишет автор. Род начинается с 17 века, и ведет свой отсчет от Максима Васильковского, который был арендатором земель Киево-Печерской Лавры.
Профессиональная близость Васильковского к Лавре, ее укладу, во многом способствовала тому, что его
старший сын стал насельником этого монастыря и принял здесь постриг с именем Иоанн. Впоследствии он был
поставлен на Черниговскую епископскую кафедру. Еще при жизни он был известным духовным писателем и поэтом, переводчиком «Илиотропиона» и просветителем Сибири. Он отправил первую православную миссию в Китай, а после упокоения на его могиле происходило множество чудес. Святитель Иоанн (1651–1715) провел последние дни своей жизни на Тобольской кафедре, и его нетленные мощи по сей день хранятся в этом городе. Канонизация святителя Иоанна Тобольского состоялась в царствование Императора Николая II в 1916 году. В это время младший
член рода, Михаил Максимович, учился в Харьковском университете, и, скорее всего, это прославление стало
событием для всей семьи, ведь святитель Иоанн Тобольский был «гордостию и славой всего рода». Именно
так отзывается о нем составитель родословной книги: «Он должен быть почитаем всеми членами этого рода.
Прося его заступничества и покровительства нам, носящим прославленную им фамилию, надлежит более
всех других записать святое имя усопшего в сердца свои и усердно молиться о нем, особо чтить день его
кончины «10 июня», каковой день должны знать, помнить и особо чтить настоящее и будущее поколения наше-го рода». Имя своего прославленного родственника впоследствии получит при постриге Михаил, поскольку
с самого рождения у него установилась молитвенная связь со своим предком. Таким образом, генеалогическая вертикаль древа в этом роде начинается и заканчивается святым. Почитатели святителя Иоанна Шанхайского знают о том, что что этот подвижник оставил после себя множество литературных трудов, которые еще требуют дополнительного изучения и систематизации. Особый интерес вызывает его «Песнь молитвенного пред-стояния». Если внимательно ее рассмотреть, можно отметить текстологические параллели с произведениями святителя Иоанна Тобольского, который был к тому же и небесным покровителем Шанхайского пастыря.

Читать далее… →